На Западе ничего нового

Людей, знающих хотя бы один иностранный язык на уровне чуть выше пресловутого “май нэйм из Федя”, в России довольно мало, а значит, решения переводчиков почти всем читателям кажутся априори правильными. Если вы понимаете, как переводится “A Midsummer Night’s Dream”, “Drei Kameraden” или “L’Homme qui rit”, это вовсе не значит, что все остальные такие же умные.

Help We Need a TitleВышеприведённые словосочетания – названия пьесы Уильяма Шекспира “Сон в летнюю ночь”, а также романов: Эриха Марии Ремарка “Три товарища” и Виктора Гюго “Человек, который смеётся”. Безудержная фантазия переводчиков их не коснулась: русскоязычному читателю они известны под тем же названием, что и в оригинале.

Но встречаются – и нередко! – ситуации, когда название частично или полностью меняется. Причины каждый раз разные. Случается, что прямой перевод приведёт к недопониманию, если в основе – сложнопередаваемая игра слов. Бывает и так, что в названии кроется некое понятие, которое в русском языке либо вообще отсутствует, либо требует многословного пояснения. Встречаются и совершенно необъяснимые переименования.

Названия, которые в русских переводах никак не изменились, в этой заметке трогать не будем. А все прочие разобьём на три подгруппы и попробуем проиллюстрировать их примерами. Итак, первая подгруппа –

 

Лучше не бывает

В ней собраны произведения, которые уже невозможно представить с другим названием, даже если в оригинале речь идёт слегка о другом.

“Над пропастью во ржи”, Джером Сэлинджер

Именно под этим названием, придуманным выдающейся переводчицей Ритой Райт-Ковалёвой, роман Сэлинджера в русскоязычном мире превратился в настоящий культурный феномен. Если упомянуть “Ловца во ржи” (“The Catcher in the Rye”, так дословно переводится название книги), о чём идёт речь поймут далеко не все. Лет десять назад роман вышел в другом переводе, раскритикованном за неуклюжесть. Новое название звучало как “Ловец на хлебном поле”. На некоторых других языках название от оригинала ещё дальше. На итальянском, к примеру, роман называется “Юный Холден”, по-французски “Ловушка для сердец”. А вот в Македонии он наоборот, чуть ближе к исходнику: “Игра во ржи”.

“И грянул гром”, “О скитаньях вечных и о земле”, Рэй Брэдбери

В оригинале эти рассказы называются довольно пресно, прямо скажем: “Звук грома” (“A Sound of Thunder”) и “Навсегда и земля” (“Forever and the Earth”). Переводчику удалось уже из названий сотворить подлинные шедевры. В обоих случаях названия идеально “легли” на сюжеты, трагический в первом случае и лирико-романтический во втором.

Steinbeck The Winter of Our Discontent“Бремя страстей человеческих”, Уильям Сомерсет Моэм

В оригинале роман называется “О человеческом рабстве” (“Of Human Bondage”). Лёгкая инверсия в названии делает его значительно ярче. 

“На западном фронте без перемен”, Эрих Мария Ремарк

Один из самых знаменитых романов Ремарка в оригинале называется “На Западе ничего нового” (“Im Westen nichts Neues”). Переводчик, скорее всего, руководствовался тем соображением, что для русскоязычного читателя слово “Запад” ассоциируется с Европой в целом, в то время как Ремарк вкладывал в это слово совсем другой смысл. (Занятно, что, говоря “еду на Север”, в России чаще всего имеют в виду поездку в Мурманск, Архангельск, Воркуту, но никак не Норвегию или Финляндию. А с Западом всё ровно наоборот.)

 

Знали, на что шли

Во вторую подгруппу вошли произведения, названия которых в силу тех или иных обстоятельств пришлось изменить. Однако в будущем нельзя исключать появления новых переводов с другими названиями, ближе к оригинальным.

“Вилла «Белый конь»”, Агата Кристи

По-английски роман называется довольно однозначно: “Бледный конь” (“The Pale Horse”). Для чего же пришлось коня перекрашивать, а точнее – окрашивать? Дело в том, что оригинальное название – цитата из книги “Откровения Иоанна Богослова” (6:8): “И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нем всадник, которому имя «смерть»” (“And I looked, and behold, a pale horse! And its rider’s name was Death…”) Косвенно эта цитата описывает происходящее в романе. Однако переводчик, работавший над русской версией книги ещё в советские времена, убоялся давать прямые отсылки к Библии. А затем детектив уже был известен под этим названием, и перекрещивать его не стали – хотя, наверное, и стоило бы.

“Негр”, Юджин О‘Нил

С этой пьесой всё не очень просто. Её официальное русскоязычное название (“Крылья даны всем детям человеческим”) изначально неверно. Дело в том, что, согласно О‘Нилу, крылья даны всем Божьим детям. Но и в этом случае ясным становится отнюдь не всё, поскольку “All God’s Chillun Got Wings” – это строчка из очень популярного в США негритянского спиричуэла, и своим названием О‘Нил демонстрирует, какой теме посвящена пьеса. (Представьте пьесу под названием “Друг степей” – образованный человек мигом закончит пушкинскую строчку словом “калмык” и поймёт, что в пьесе, скорее всего, речь идёт именно о калмыках.) Но в России этот спиричуэл известен очень слабо. Поэтому когда пьесу О‘Нила ставили в Московском Камерном театре, было решено назвать её словом “Негр”. Конечно, так следовало бы озаглавить не только спектакль, но и весь перевод.

Girl with the Dragon Tattoo“Девушка с татуировкой дракона”, Стиг Ларссон

Безвременно умерший Ларссон назвал свою книгу “Мужчины, которые ненавидят женщин” (“Män som hatar kvinnor”). Очевидно, что дословный перевод был бы чуть ближе к содержанию, но кто-то решил, что роман с таким названием было бы сложнее продать, а “Девушка с татуировкой дракона” – красиво, коммерчески привлекательно и близко к сюжету. Однако рискнём предположить, что название “Ненавидящие женщин” тоже вполне продаваемо.

“Миссис Пайпер ведёт следствие” / “Ищите женщину” / “Идеальное убийство”, Джек Поплуэлл

Всеми любим фильм с Софико Чиаурели и Леонидом Куравлёвым. Однако небезынтересно, как менялось название произведения. На русском языке оно изначально появилось под обложкой “Миссис Пайпер ведёт следствие”. Затем был снят фильм Аллы Суриковой. В 2010 году в московском Театре сатиры был поставлен спектакль под названием “Идеальное убийство”. А по-английски пьеса называлась вообще не так: “Busybody”, то есть “Хлопотунья” (или “Сплетница”, в общем, кто-то, кто суёт свой нос не в свой вопрос).

“У”, Эрленд Лу

Весьма загадочная история приключилась с романом “L” модного норвежского автора Эрленда Лу. В русском переводе роман называется “У”. Тоже одна буква, но совсем другая. Формальное объяснение такое: “У” значит “указатель”, приведённый в конце книги. Вроде как всё логично. Но всё равно сомнительно: на всех других языках роман называется именно “L“. Да и “указатель” на большинство языков переводится словом “Index“, не имеющим отношение к букве “L”.

 

А в третьей подгруппе собраны названия, переводы которых на русский никакой логике не поддаются. Поэтому подгруппа так и названа:

Необъяснимо

Remarque_Czech“Жизнь взаймы”, Эрих Мария Ремарк

И снова Ремарк. В оригинале роман называется “Der Himmel kennt keine Günstlinge”, и честно говоря, очень сложно понять, чем переводчику не приглянулось название “У неба нет любимчиков” – как, собственно, книга и называется. Религиозного тут ничего нет, неприличного тоже, другие произведения с подобным названием не припоминаются… Загадка!

“История обыкновенного безумия”, Чарльз Буковски

В оригинале книга называется “Tales of Ordinary Madness”, и лишь самый внимательный читатель поймёт, что ошибка в единственном и множественном числах. У Буковски книга называется “Истории”. А в переводе – “История”. Это уже попахивает дезинформированием!

“Антисоветский роман”, Оуэн Мэтьюс

Книга популярного современного автора Оуэна Мэтьюса называется однозначно и чётко: “Дети Сталина” (“Stalin’s Children”). Но на русском её выпустили под заголовком “Антисоветский роман”. Вряд ли читатель, взявший роман под названием “Дети Сталина” в руки, подумал бы, что речь в нём идёт о Якове, Василии и Светлане – собственно детях Сталина. Но кто-то решил, что коммерчески (а может, и идеологически) выгодным будет “Антисоветский роман”. Волею издательства акценты оказались сильно смещёнными.


“Рэнт: Биография Бастера Кейси”, Чак Паланик

Здесь издательство приняло решение сразу же дать разъяснение, о чём пойдёт речь в книге. Русскоязычных читателей сочли недостаточно умными, чтобы понять оригинальный заголовок – просто “Рэнт” (“Rant”). Рэнт – слово, имитирующее звук рвоты, и одновременно прозвище главного героя. Может, стоило дать главному герою русскую кличку – к примеру, “Буэ”, и так и назвать роман?St. John's Eve Gogol

 

 

Разумеется, примеров отступлений от оригинальных названий в переводах (восхитительных, обоснованных, непонятных) гораздо больше. Мы лишь попробовали показать, какого рода отступления встречаются на практике. При этом при переводе русскоязычных книг на английский, французский и прочие шедевров не меньше… Но это уже совсем другая история.

Григорий Аросев 

Меню