Смытые войной

Faulks Birdsong28 июня 1914 года в Сараево (тогда – Австро-Венгрия) сербским студентом Гаврилой Принципом был убит эрцгерцог Австрийский Франц Фердинанд Карл Людвиг Йозеф фон Габсбург. Взрывоопасная обстановка в Европе привела к тому, что в результате Австро-Венгрия объявила войну Сербии. В течение месяца в конфликт были втянуты Германия, Россия, Франция, Бельгия и другие государства. Вскоре противостояние переросло в полноценную мировую войну, которая длилась более четырёх лет. Одним из её результатов стал распад четырёх империй: Австро-Венгерской, Германской, Османской и Российской. Другой итог – появление так называемого “потерянного поколения”. К нему относились молодые люди, призванные на фронт в молодом (часто юном) возрасте, и, будучи совершенно к этому не готовыми, вынужденные держать в руках оружие и убивать других людей. Вернувшись с фронта домой, “потерянные” не могли адаптироваться к нормальной жизни и забыть кошмары войны, поскольку ничего, кроме неё, в жизни не видели. Судьбы многих из них печальны: они сходили с ума, спивались, кончали с собой.

О Первой мировой войне и о потерянном поколении писали многие.

Im Westen Nichts Neues.jpgЭрих Мария Ремарк в своём третьем романе, “На западном фронте без перемен” (Im Westen Nichts Neues, 1929), повествование вёл от лица простого солдата Пауля Боймера. Боймер был призван на фронт в 19-летнем возрасте, как и его товарищи – недавние одноклассники. Главное, что Пауль и его друзья понимают на фронте – то, что в войне нет никакого смысла, а их участие в ней волею командиров сводится к бездумному исполнению приказов. Ремарк писал: “Мы еще не успели пустить корни. Война нас смыла. Для других, тех, кто постарше, война — это временный перерыв, они могут ее мысленно перескочить. Нас же война подхватила и понесла, и мы не знаем, чем все это кончится”. Гибель по очереди всех друзей, регулярные ужасы войны, поражение своей страны, неясность в будущем, о котором Боймер постоянно думает… Увы, будущего лично у него не оказалось – Пауля убивает случайная пуля незадолго до конца войны. Но выжившие как раз и составили то самое потерянное поколение…

A Farewell to ArmsЕдва ли не главным рассказчиком судеб участников Первой мировой войны был Эрнест Хемингуэй, сам воевавший и переживший многое из того, о чём впоследствии писал. Его роман “Прощай, оружие!” (A Farewell to Arms, 1929) рассказывает о любви во время кровавых событий. Доброволец по фамилии Генри, американец, встречается в Италии с медсестрой Кэтрин Баркли. Вспыхнувшая любовь ни к чему хорошему не приводит: Генри дезертирует и вместе с Кэтрин бежит в Швейцарию, на Женевское озеро, где они хотят найти спасение и покой. И если от войны им сбежать удаётся, то от судьбы – нет. Кэтрин умирает во время родов, погибает и ребёнок. Но Хемингуэй, конечно, писал не только о любви. Как и Ремарк, он пытается понять, что же такое – война, кому она нужна и чем грозит человечеству. Сейчас, возможно, эти вопросы кажутся чуть наивными, однако не будем забывать, что как раз на их – Ремарка, Хемингуэя и других писателей – долю и выпало первыми найти точные ответы. “Страшнее войны ничего нет. Мы тут в санитарных частях даже не можем понять, какая это страшная штука – война. А те, кто поймет, как это страшно, те уже не могут помешать этому, потому что сходят с ума”.

CelineЕщё один представитель “потерянного” поколения среди писателей – Луи Фердинанд Селин (Céline, Louis-Ferdinand, 1894-1961). Человек неоднозначной репутации, он прославился едва ли не на весь мир частично автобиографическим романом “Путешествие на край ночи” (Voyage au bout de la nuit, 1932). В нём в основном рассказывается о моральном падении людей, включая главного героя, который, в свою очередь, прошёл через Первую мировую войну, ранение, отъезд домой и работу в самых убогих местах планеты, которые только можно представить. Селин показывает трагедию человека, которого война формально пощадила (ведь он остался жив), но сломала навсегда. Болото жизни затягивает героя, и нет никакой возможности из него выбраться. “Из тюрьмы выходят живыми, с войны не возвращаются. Всё остальное — слова”.

Имя британца Себастьяна Чарльза Фолкса (Faulks, Sebastian) известно не так широко, как Ремарка или Хемингуэя. Однако ныне здравствующий Фолкс, родившийся через восемь лет после окончания Второй мировой войны, в 1993 году написал важный роман о событиях десятых годов – “Пение птиц” (Birdsong). Эта книга (вместе с романами “Девочка и Золотой лев”, 1989, и “Шарлотта Грей”, 1998) входит в неозаглавленную трилогию. Главных героев в “Пении птиц” двое: Стивен Рейсфорд и его внучка Элизабет, а события развиваются в двух эпохах. Сам Рейсфорд бóльшую часть книги проводит на фронте – в 1916-18 годах. Элизабет в конце 1970-х пытается разобрать дневники деда. В первой части романа, события которой происходят в 1910 году, Рейсфорд – страстный, увлекающийся человек, который живёт полноценной жизнью, пусть порой и совершая ошибки. Всего шесть лет спустя Стивен – полная противоположность себе. Он служит в армии, в его подчинении много солдат, но Рейсфорда нельзя назвать справедливым командиром. Война превратила его в сухого, жестокого и даже бесчеловечного лейтенанта. И лишь с огромным трудом он пробуждает в себе остатки чувств, бушевавших в его груди всего несколько лет назад. “Это не война, это проверка на то, как низко может пасть человек”.

Ken Follet. Fall of GiantsЕщё ближе к сегодняшнему дню стоит роман “Гибель гигантов” (вариант перевода – “Падение гигантов”, Fall of Giants, 2010) валлийского автора Кена Фоллета (Ken Follett, 1949). Ранее Фоллетт написал около тридцати романов (самый известный – “Игольное ушко”), а недавно опубликовал так называемую “Трилогию века”, в которую, помимо “Гибели гигантов”, вошли романы “Зима мира” (Winter of the World, 2012) и “Грань бесконечности” (Edge of Eternity, 2014). Описываются взаимоотношения пяти семей на протяжении всего XX века. Первая книга посвящена Первой мировой войне и российской революции 1917 года. Фоллетт сконцентрирован непосредственно на военных событиях гораздо меньше вышеупомянутых авторов, однако сосредоточенно описывает как внутренние причины, способствовавшие трагическим событиям 1914-1918 годов, так и общую обстановку в Европе в то время. События происходят и в Петрограде, и в Берлине, и в Лондоне, и даже в США. Читая “Гибель гигантов”, действительно можно чётко представить себе обстановку в странах, где и разворачивались основные действия Первой мировой войны. Несомненно, со времён Ремарка и Хемингуэя парадигма очень сильно переменилась, но по сути, Фоллетт описывает то же самое «потерянное» поколение – пусть и совсем в другом стиле и под другим углом. “А если Британия проиграет? Начнутся массовые увольнения, грянет финансовый кризис, народ обнищает. Представители рабочего класса будут кричать, что они никогда не разрешали голосовать за войну. Народная ярость против правителей будет безгранична”.

Наконец, ещё под одним углом – ироническим – Первую мировую войну рассматривал в своей великой книге Ярослав Гашек. “Похождения бравого солдата Швейка во время мировой войны” (Osudy dobrého vojáka Švejka za světové války, 1923) – так звучит полное название романа. К придуманному образу бравого вояки Швейка Гашек впервые обратился ещё в 1912 году, когда масштабными действиями на поле брани ещё и не пахло. Тогда из-под пера Гашека вышел сборник рассказов, пять лет спустя, когда война уже близилась к концу, он опубликовал повесть “Бравый солдат Швейк в русском плену”, а уже в двадцатых годах приступил к работе над крупной формой. В остросатирической форме через великолепные околовоенные характеры героев, главный из которых – исполнительный прилежный идиот Швейк, показаны последние годы существования Австро-Венгрии. По сути, этот роман стал первым антимилитаристским произведением европейской литературы. Встречаются даже мнения, что как раз “Швейк” вдохновил Ремарка на создание “На западном фронте без перемен”. А ещё, Гашек с горечью и болью отзывался о церкви, которая в военное время так резко меняет точки зрения. “До войны приезжал к нам депутат-клерикал и говорил о царстве божьем на земле. Мол, господь бог не желает войны и хочет, чтобы все жили как братья. А как только вспыхнула война, во всех костелах стали молиться за успех нашего оружия, а о боге начали говорить будто о начальнике Генерального штаба, который руководит военными действиями”.

Обратим внимание, что в названии романа Гашека отсутствует порядковое числительное – “…во время мировой войны“. Кто же знал, что не пройдёт и четверти века, как начнётся бойня номер два, и их отныне придётся нумеровать. Конечно, война, как и любая масштабная трагедия, вдохновляет литераторов на создание подлинных шедевров. Но кто знает, возможно, нам всем было бы лучше без этих книг – и без войн.

Григорий Аросев  

Меню